Размер шрифта:
Цвета сайта:
Настройки:

Интервал между буквами (Кернинг):

Стандартный Средний Большой

Размер шрифта:

14 20 28

Муниципальное бюджетное учреждение культуры «Руднянский исторический музей»
Версия для слабовидящих

Первые ракетчики. Флеров И.А.

ПРОЕКТ "ЖИВАЯ ПАМЯТЬ"

24.04.2020

В апреле 2020 года исполнилось 115 лет со дня рождения Героя России капитана Ивана Флёрова - командира легендарных «Катюш». Предлагаем прочитать отрывки из воспоминаний очевидцев тех грозных событий.
Прежде всего, - это воспоминания выживших первых ракетчиков об их командире и действиях батареи. Кроме того, нам удалось найти воспоминания Владимира Палицина, командующего 3-м стрелковым батальоном 449 полка, 144 дивизии, который лично разговаривал с Флеровым и наблюдал пуски ракет под Рудней, еще ничего не зная о новом оружии. Также, приводим слова из интервью родственников Ивана Андреевича Флёрова Издательскому дому «Липецкая газета», опубликованном в открытом доступе.

Первые ракетчики вспоминали о своем командире:
«Иван Флёров – подтянутый широкоплечий человек выше среднего роста с обветренным энергичным лицом и светло-серыми глазами… Ладно подогнанная насквозь промокшая шинель была туго перепоясана широким ремнем и перекрещена портупеей, лямками бинокля, противогаза, полевой сумки…».
«…он считал, что все трудности походной жизни командир должен переносить наравне с подчиненными. Батарейцев это не удивляло. Они привыкли, что слово их командира не расходится с делом».
«Все безмерно уважали командира. Иван Андреевич своих солдат и офицеров – а это более ста семидесяти человек – знал по имени-отчеству и только так к ним обращался даже в самых критических ситуациях и никогда ни на кого не повышал голос. Флёров был настоящим командиром, его любили».

Есть некоторая путаница в дате рождения Героя России Ивана Флёрова. По одним данным Иван Андреевич родился по старому стилю 24 марта, по новому – 6 апреля 1905 года в с.Двуречки ныне Грязинского района Липецкой области. Другие источники указывают дату – 24 апреля 1905 г.
Иван Андреевич - боевой офицер, за мужество и отвагу, проявленные в советско-финской войне, был награжден орденом Красной Звезды. Как вспоминала жена Ивана Андреевича, некоторое время Флёров считался пропавшим без вести, оказалось, что он попал в окружение. Когда муж вернулся, и Валентина Трофимовна стала стирать его форму, в одном из карманов обнаружила патрон, а в нём – записку. Среди, как ему тогда казалось, последних прощальных слов, обращённых к супруге, была просьба «воспитать сына честным, правдивым и преданным Родине человеком…».
В 1940 году И.А. Флёров поступил в Артиллерийскую академию имени Дзержинского. Капитан вывез из Липецка и поселил под Москвой жену и сына. Юрию шел седьмой год. Впереди – карьера профессионального военного. Но 22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война, перечеркнувшая его планы и сделавшая его легендой. Валентина Трофимовна вспоминала, что в то летнее утро они с мужем завтракали дома, когда по радио объявили о вероломном нападении врага. Иван Андреевич бросился собирать вещи, она попыталась было его остановить, да куда там. Но на фронт Иван Андреевич попал не сразу – несколько раз писал рапорты с просьбой направить его в действующую армию, но постоянно получал отказ: слушателей академии на передовую не посылали.
Вскоре Флёрова вызвали в штаб командующего артиллерией: «Вы назначены командиром первой в Красной Армии отдельной батареи реактивной артиллерии. Знаете что это такое?». Флеров ответил, что не знает. Тем не менее, он был назначен на должность.
28 июня 1941 года в Московском артиллерийском училище имени Красина стали формировать отдельную батарею реактивной артиллерии. Ей переданы 7 экспериментальных боевых установок и около 3 тысяч ракет к ним. Кроме трех огневых взводов, в батарее создавались взводы управления, пристрелочный, парковый, боепитания, горюче-смазочных материалов, хозяйственное, и санитарная часть. В батарею попало много москвичей, и почти полностью – артиллеристы из Горького и Чувашии. 30 июня началось ознакомление с боевыми машинами.
…Ранним утром 14 июля Флерова вызвали в штаб Западного фронта. Приказ – примерно в 15 часов нанести удар по железнодорожному узлу Орша. Задержать врага хотя бы на сутки.
15:14 7 боевых установок вынырнули из леса и заняли огневую позицию. После команды: «Залп!», из лощины донесся ни с чем несравнимый рев и скрежет, леденящий кровь. Вверх вырвались огромные черные клубы дыма, а из него взметнулось ввысь краснохвостые ракеты. Сразу после залпа огневые позиции опустели. Боевые установки на предельной скорости устремились к лесу. А на железнодорожный узел обрушился огненный смерчь. Гитлеровцы не могли понять, что произошло. Сплошная завеса ревущего огня поднялась над путями. Казалось, горит даже металл. Через 5-6 минут железнодорожный узел превратился в море огня. Фашисты устремились в то место, откуда раздался залп. Однако, пролетев 2 раза над установками, не сбросили ни одной бомбы. Они имели задание уничтожить какое-то совершенно необычное оружие, и приняв небольшую батарею за понтонеров, пролетели мимо.
15 июля батарею перебросили на 60-70 км. северо-восточнее Орши, к городу Рудня. Здесь, с огневой позиции у д.Шубки она произвела три исключительно удачных залпа по скоплению вражеских войск. Владимир Палицин, командующий 3-м стрелковым батальоном 449 полка, 144 дивизии вспоминал:
«…14 июля 1941 года наш батальон атаковал город Рудню, пытаясь выбить оттуда гитлеровцев, но атаки не увенчались успехом. 15 июля я получил приказ от командира дивизии М.А.Пронина, ныне генерал-майора в отставке, Героя Советского Союза, вновь развить атаку на город. По данным разведки дивизии, в Рудне было большое скопление фашистских войск... Батальону придано 3 танка Т-34. Это хорошо, но нет артиллерии, которая могла бы поддержать наше наступление. Слева, по дороге, идущей мелким кустарником, ко мне подошел стройный, чернобровый офицер, с черными артиллерийскими петлицами. Представился: «Капитан Флёров». Доложил, что по решению высшего командования он будет поддерживать наступление батальона артогнем. Я улыбнулся и недоверчиво спросил: «Где же ваша артиллерия?». Флёров мне не ответил, а задал мне вопрос: «Когда и куда дать огонь?». Тогда ни я, ни бойцы не знали о грозном оружии, которое было доверено этому стройному капитану. Я снова улыбнулся и сказал: «Надо дать огонь по западной окраине города, когда пехота перейдет в наступление, по сигналу красная и зеленая ракеты. Второй залп дадите по восточной окраине города по сигналу две красные ракеты». Он ушел, а я не очень верил в то, что артиллерия нас поддержит. Артиллерийских позиций не было видно. И вот еще не успели отгореть ракеты, как из лощины левее моего КП что-то сильно зашипело и длинные огненные языки поползли на запад. Смертельный груз ошеломил фашистов, они сразу же прекратили огонь. Батальон броском овладел высотами, почти без потерь. Роты окопались и начали подготовку к атаке на город. Капитана Флёрова больше не видел, но когда подал две красные ракеты и бойцы пошли в наступление, был дан второй залп по восточной окраине города. Подаю команду: «Батальон! Вперед за Родину». Впервые я шел впереди цепи бойцов, шел, устремленный на запад. Фашисты не выдержали нашей атаки и, бросая все, бегут. Героически сражаются бойцы рот под командованием старших лейтенантов Кузнецова, Киселева. Оба они были ранены в боях возле речки Ольшанки. Так 15 июля мы провели успешную контратаку на город Рудню…».
Батарея Флёрова спасла под Рудней от окружения 20-ю армию. Из этих мест гитлеровцы вывезли 3 эшелона убитых и раненых. Залпы батареи под Рудней наблюдал генерал-лейтенант, ныне Маршал Советского Союза А.И. Еременко.
После боевого крещения «новорожденная» оставалась некоторое время без имени. Ее называли длинно и нескладно: Отдельная экспериментальная батарея Резерва Верховного Главнокомандования. Кто-то предложил именовать ее «раисой» - от первых букв РС (реактивные снаряды), но это не прижилось. Почему именно «Катюша»? Версий очень много.

По одной из версий бойцы вспомнили песню:
«…Выходила на берег Катюша,
На высокий, на берег крутой.
Выходила, песню заводила…»

Говорили, что их выходит тоже песни заводит, еще какие. Вскоре появились и фронтовые песни про «катюшу». Например:
«Шли бои на море и на суше,
Над землей гудел снарядов вой,
Выезжала из лесу «Катюша»
На рубеж знакомый – огневой.
Выезжала, мины заряжала
Против немца-изверга, врага.
Ахнет раз – и роты не бывало,
Бахнет два – и нет уже полка!»


Батарея капитана Флёрова еще три месяца продолжала громить врага на Западном фронте. «Катюша» сказала свое слово под Ярцевом, под Ельней. В сентябре Флёров написал свое последнее письмо семье. Там были такие строки:
«Наши дела идут хорошо. Про город Ельню вы, очевидно, читали в газетах. Все это происходило при нашем участии. Сломить сопротивление фашистов было нелегко, но мы знаем, что победа не приходит сама… У меня все благополучно. Смерть пока обходит меня стороной, хотя много раз была совсем рядом. Кажется, я проживу не менее ста лет…Юрочка, наверное, уже начал ходить в школу. Представляю, сколько теперь забот с ним…»

Октябрьской ночью 1941 года флёровцы приняли свой последний бой у деревни Богатырь нынешнего Угранского района. Батарея выходила из окружения и нарвалась на тщательно организованную засаду: за новым оружием охотились. Во время разъяснения бойцам сложившийся ситуации, Флеров сказал примерно следующие слова (воссозданы по воспоминаниям ракетчиков): «Родина нам первым доверила новое оружие. Мы дали клятву ни при каких обстоятельствах не допустить его захвата врагом. Боевые установки подготовлены к мгновенному взрыву. Властью, данной мне Родиной, приказываю: если не останется никакого выхода, боевые установки взорвать! Мы можем погибнуть, но выполним свой воинский долг до конца. Я надеюсь, что никто не дрогнет перед лицом смертельной опасности».
Фашистская засада специально пропустила машину с разведчиками. Гитлеровцы надеялись на крупную добычу и подпустили ее вплотную, когда реактивные минометы уже не могли нанести им урон. Слишком близким было расстояние. «Катюше» для поражающих ударов нужен был хотя бы километр... Но его не было. Осталось одно: залп с места, чтобы вызвать замешательство в стане врага и немедленно взорвать боевые установки, а тем, кто уцелеет, отойти в лес. …Раненый капитан из последних сил бросился в кабину к пульту управления. С направляющих сорвалось несколько ракет. Вслед за этим раздался оглушительный взрыв. Боевая установка разлетелась на куски. Все это произошло в считанные секунды. Бойцы видели, как погиб их командир. За первой установкой взорваны и другие. Вскоре на поле боя все затихло.
После гибели батареи оккупанты собрали на лугу все, что осталось от взорванных боевых установок. Несколько дней в куче обломков разбирались присланные из Германии специалиста, но секрет нового советского оружия им разгадать так и не удалось. 25 человек из батареи Флерова успели уйти через лес.
Так случилось, что Ивана Андреевича Флёрова за его подвиг награждать не спешили. В 1960 году командующий Ракетными войсками и артиллерией Сухопутных войск маршал Константин Казаков подписал представление о посмертном присвоении капитану Флёрову звания Героя Советского Союза. 14 ноября 1963 года Ивана Андреевича наградили… орденом Отечественной войны I степени.
Спустя тридцать два года, 21 июня 1995 года, благодаря натиску бойцов-флёровцев, общественности, двуреченцев и администрации Липецкой области Ивану Андреевичу Флёрову присвоено звание Героя России. В этом же году 4 октября поисковики нашли могилу первого комбата «Катюш».
«Липецкая газета» пишет: «Со своей женой Валентиной Трофимовной Иван Андреевич познакомился у себя дома… Она – молоденькая учительница из Липецка – была направлена в Двуречки на борьбу с безграмотностью. И надо же было такому случиться, что Валентина сняла комнатку именно в доме Флёровых! Судьба. Своего сына они назвали Юрием. А его дочь Марина дала своей дочери вполне ожидаемое, но от этого не менее удивительное имя – Катюша. Несколько лет назад Марина Юрьевна подарила школе в Балашихе, откуда её дед ушёл на фронт и где бабушка прожила всю свою жизнь, гитару Флёрова – чтобы люди знали: Иван Андреевич был не только героическим воином, любителем математики, но и тонкой души человеком…»


 14 июля 1941 г. Рудня была оккупирована гитлеровскими захватчиками. Оборонительные бои в районе города вели 144-я и 233-я стрелковые дивизии. Силы были неравные, и наши воины, изматывая врага, отходили на восток.

Оккупация гитлеровцами города и района легла тяжелым бременем на местное население. 797 дней бесчинствовали гитлеровцы: убивали ни в чем не повинных людей, сжигали их дома, увозили молодежь в Германию. В эти же июльские дни, 14 и 15 июля 1941 г., были совершены первые залпы экспериментальной батареи реактивной артиллерии капитана И.А.Флерова под Оршей и Рудней.  

14 июля 1941 г. Рудня была оккупирована гитлеровскими захватчиками. Оборонительные бои в районе города вели 144-я и 233-я стрелковые дивизии. Силы были неравные, и наши воины, изматывая врага, отходили на восток.

Оккупация гитлеровцами города и района легла тяжелым бременем на местное население. 797 дней бесчинствовали гитлеровцы: убивали ни в чем не повинных людей, сжигали их дома, увозили молодежь в Германию. В эти же июльские дни, 14 и 15 июля 1941 г., были совершены первые залпы экспериментальной батареи реактивной артиллерии капитана И.А.Флерова под Оршей и Рудней.  Предлагаем прочитать отрывки из воспоминаний А.И. Еременко, лично присутствовавшего под Рудней: 

«…Мы выбрали свой передовой командный пункт в одном километре северо-западнее Рудни, в 150 м от шоссейной дороги на Витебск.

Противник наносил удар в двух направлениях: Витебск - Велиж и Витебск - Демидов. У него было много танков, а 19-я армия их почти не имела. Наши войска не имели достаточного опыта борьбы с танками. Тяжелая артиллерия оказалась неповоротливой и также не имела опыта борьбы с танками. Пехота и кавалерия при появлении танков чаще всего уходили в недосягаемые для танков районы — в леса и болота.

В мирное время мы учили наши стрелковые войска укрываться от танков в противотанковые районы или окопы, если они отрыты, и пропускать танки, чтобы затем с ними расправились противотанковая артиллерия, наши танки и другие средства. В результате такой учебы пехота оказалась недостаточно подготовленной к активной борьбе с танками. Получив сигнал о появлении танков врага, наши роты, батальоны, полки метались в поисках укрытий, нарушали боевые порядки, скапливались в противотанковых районах. Авиация противника засекала места скопления нашей пехоты, наносила по ним сильнейшие удары…

Уже в те дни я пришел к выводу о необходимости широко применять активные методы борьбы с танками. Пехота на любом рубеже, как только заняла его, немедленно должна укрываться в щели и вести самую активную борьбу с танками врага, применяя гранаты, бутылки с горючей жидкостью («КС»). Вся артиллерия и минометы должны вести огонь по танкам. Против танков противника немедленно направляется штурмовая авиация…

…Солнце уже стояло совсем низко над горизонтом, когда в районе Рудни появились немецкие танки. Шли они по дороге в направлении города, вблизи которого был мой командный пункт. Услыхав стрельбу, не похожую на стрельбу полевой артиллерии, я послал офицера связи на легковой машине вперед, чтобы выяснить, что там происходит. В 3 км от моего командного пункта на повороте шоссе он столкнулся в упор с немецкой танковой колонной, впереди которой на легковой машине ехали три фашистских офицера. Офицер связи, будучи находчивым человеком, выскочил из машины, бросил ручную гранату в машину фашистов и, нырнув в высокую рожь, бегом направился обратно, чтобы предупредить нас об опасности. Танки противника на некоторое время задержались возле подбитой машины, затем снова двинулись на Рудню. Пока офицер связи добрался до нас, вражеские танки вышли в район командного пункта. Они обстреливали дорогу и обочины. Над нашими головами то и дело проносились немецкие самолеты, бомбившие и обстреливавшие местность, лежащую на пути движения танков…

…На подступах к Рудне головные танки вновь задержались, открыв прицельный огонь по станции и городу. Немецкие автоматчики двигались прямо на нас. Оставалась единственная возможность: выбраться на север. Я сказал шоферу Демьянову, чтобы он сделал несколько резких поворотов в сторону, пока мы не въедем в рожь. Фашисты никак не думали, что у них под носом находится командный пункт заместителя командующего фронтом и наш маневр удался. Спаслись все. Генерал Конев, считая меня погибшим, донес об этом в штаб фронта. Из-под Рудни наш КП перешел в район сосредоточения и развертывания 16-й армии, которой командовал генерал-лейтенант М. Ф. Лукин. Это было близ совхоза Жуковка в 12 км севернее Смоленска на магистрали Минск — Москва.

… 13 — 14 июля продолжались напряженные бои…

О ПЕРВЫХ ЗАЛПАХ БАТАРЕИ И.А. ФЛЕРОВА.

…Попутно стоит рассказать об одном весьма интересном случае, который относится к первой половине июля (к сожалению, далеко не все его детали сохранились в моей памяти).

Из Ставки была получена телефонограмма следующего содержания:  «Предполагается широко применить в борьбе против фашистов «эресы» и в связи с этим испробовать их в бою. Вам выделяется один дивизион М-8. Испытайте его и доложите свое заключение». Долго я размышлял после этого, что это за «эресы». Никто из окружающих меня командиров тоже никогда не слышал такого странного слова. И лишь когда прибыл дивизион этих «эресов», я узнал, что это за оружие. Незадолго до войны, будучи председателем государственной комиссии по испытанию новых видов оружия, я видел эти «эресы», правда, в то время их не называли еще ни «эресами», ни «катюшами». Они прибыли к нам с минами осколочно-фугасного действия.

Новое оружие мы испытали под Рудней. 15 июля 1941 г. во второй половине дня непривычный рев реактивных мин потряс воздух. Как краснохвостые кометы, метнулись мины вверх. Частые и мощные разрывы поразили слух и зрение сильным грохотом и ослепительным блеском. Эффект одновременного разрыва 320 мин в течение 10 секунд превзошел все ожидания. Солдаты противника в панике бросились бежать. Попятились назад и наши солдаты, находившиеся на переднем крае вблизи разрывов (в целях сохранения тайны никто не был предупрежден об испытаниях). Это было одно из первых боевых испытаний «эресов». После опыта я послал донесение в Ставку с подробным описанием результатов. Фронтовики дали самую высокую оценку нашему новому оружию.».


ПРОЕКТ "ЖИВАЯ ПАМЯТЬ". Последние залпы батареи Флерова.

07.10.2020

В ночь с 6 на 7 октября 1941 года попала в окружение реактивная батарея гвардии капитана Флерова И.А. Капитан сделал все возможное, чтобы спасти батарею. Оказавшись в безвыходном положении, личный состав батареи принял бой. Многие из них погибли, в том числе и сам И.А. Флеров.

   

В ночь с 6 на 7 октября 1941 года попала в окружение реактивная батарея гвардии капитана Флерова И.А. Капитан сделал все возможное, чтобы спасти батарею. Оказавшись в безвыходном положении, личный состав батареи принял бой. Многие из них погибли, в том числе и сам И.А. Флеров.

Первые залпы по врагу батарея Флёрова произвела под Оршей и Рудней в июле 1941 года. После первых залпов последовали удары по захватчикам под Ельней, Рославлем, Спас-Деменском. За три месяца боевых действий батарея Флёрова не только наносила немалый материальный урон немцам, она способствовала и поднятию боевого духа у наших солдат и офицеров, измотанных непрерывными отступлениями.
По воспоминаниям первых ракетчиков, перед последним рейдом по территории, занятой врагом, Флеров собрал всех офицеров и сержантов батареи и еще раз предупредил их о том, что в случае непредвиденных обстоятельств ни одна боевая установка не должна попасть в руки немцев. В каждой БМ-13 было размещено свыше 50 кг взрывчатки. После нажатия кнопки подрыва у водителей и командиров боевых установок было 6 секунд на то, чтобы покинуть кабины. Обстановка для батареи сложилась тяжелая: все дороги были перекрыты немцами. Двигаясь в ночное время по лесной, болотистой местности, флеровцы сумели пройти по немецким тылам около 200 км. Они надеялись достичь линии фронта, последним залпом расчистить себе путь и вырваться к своим. К этому времени реактивных снарядов осталось на один залп. Через неделю пребывания в тылу немцев горючее оказалось на исходе.
В ночь с 6 на 7 октября 1941 года батарея остановилась на опушке леса неподалеку от смоленской д.Богатырь (Угранский район Смоленской области). От нее предстояло пройти 5-6 километров открытым полем. Разведка не сумела обнаружить затаившихся рядом с деревушкой гитлеровцев. Не смогли помочь флеровцам и местные жители: немцы под страхом смерти запретили им выходить из дворов. По воспоминаниям выживших ракетчиков, машина разведки тронулась с выключенными фарами. Через несколько минут за ней колонной потянулись реактивные установки тоже с погашенными фарами. В первой находился сам Иван Флеров. Все шло нормально. Вдруг впереди, у д.Богатырь, Флеров заметил силуэты людей, и в тот же миг на батарею обрушился шквальный огонь. Потом на нее ринулись танки и пехота с целью захватить секретное оружие русских.
Вот что вспоминал о последних мгновениях жизни своего командира сержант Овсов: "Капитан Флеров был ранен осколком в лицо. С трудом взобравшись в кабину головной машины, он схватил ручку управления и крутанул ее на "залп". С установки сошла ракета, а через мгновение БМ-13, разваливаясь на части, взлетела на воздух… Другие расчеты батареи в точности повторили действия своего командира: от секретных установок остались лишь груды искореженного и обугленного металла".


Только 46 воинам удалось выйти из окружения. Легендарный комбат и остальные бойцы, до конца с честью выполнившие свой долг, считались "без вести пропавшими". Долгие годы о судьбе командира первой батареи "Катюш" ничего не было известно. И только тогда, когда удалось обнаружить документы одного из армейских штабов вермахта, где с немецкой скрупулезностью сообщалось о том, что же произошло на самом деле в ночь с 6 на 7 октября 1941-го года у смоленской деревушки Богатырь, сомнения развеялись. Стало известно, что никто из участников последнего боя не попал в плен. Капитан Флёров был исключен из списков пропавших без вести.
В 1960 году был представлен к присвоению звания Героя Советского Союза (посмертно, представление было подписано командующим Ракетными войсками и артиллерией Сухопутных войск маршалом артиллерии К.П. Казаковым). Однако после долгих проволочек И.А. Флёров посмертно был награжден только орденом Отечественной войны 1-й степени. Понадобилось ещё 30 лет, чтобы подвиг комбата был достойно оценен. За мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками в Великой Отечественной войне указом Президента Российской Федерации от 21 июня 1995 года N 619 капитану Флёрову Ивану Андреевичу присвоено звание Героя Российской Федерации посмертно. Только в 1995 году поисковой группой было найдено место захоронения первых ракетчиков. Останки капитана Флёрова и шести бойцов были перезахоронены в деревне Богатырь Смоленской области у большака Вязьма – Юхнов.

 

Руднянский исторический музей

Тел.: +7 (48141) 4-22-41
Электронная почта: muzeum2014@yandex.ru




Анонсы мероприятий и 
выставок

МАЙ



















 

 

© Муниципальное бюджетное учреждение культуры «Руднянский исторический музей», 2022

 

Web-canape — создание сайтов и продвижение

Яндекс.Метрика

Главная | Карта сайта | Интернет-приемная

Адрес: 216790, Смоленская обл., г.Рудня, ул.Киреева, д.48-а
Телефон: +7 (48141) 4-22-41
E-mail: muzeum2014@yandex.ru